Аркейн | Не зря же меня зовут... - Nondual

продажи Мерцания устранили необходимость начинать массово создавать на его основе оружие. Похоже, настало время то решение пересмотреть. Помнится, взрывчатые смеси синеволосой с его добавлением были очень многообещающи…

— Силко! — Запрыгнув с потолочной балки мне прямо на шею и почти сразу устроившись попой на столе напротив, воскликнула уже далеко не маленькая Джинкс. Вот уж легка на помине! — Сииилко! А расскажи уже наконец, почему тебя прозвали Оком Зауна?

В который раз она у меня это спрашивает и в который раз я собираюсь мягко сменить тему. Это уже даже стало чем-то вроде нашей небольшой игры: Она всех, в том числе и меня, снова и снова расспрашивает, а я вновь и вновь ухожу в несознанку. А серьезная тема для разговора у нас действительно есть.

Всю эту неделю Джинкс яростно игнорировала тему одного красноволосого "слона в тюремной камере" и со всей отдачей работала над своим проектом создания ручного пулемета и гранаты с кусачками, чертежи которых у неё уже много лет здесь, в Зауне, в мастерской пылятся. Относительно же анти-аркейновского оружия, то мы договорились с этим не спешить. Время еще есть, а у неё явно еще впечатления после "побега из Демасии" не прошли. Пусть отдохнет. Хоть "отдых" у девушки — это по сути лишь переключение внимания на что-то другое…

— Силко! — Несколько раз щелкнула пальцами девушка прямо перед моим лицом, пока я немного слишком погрузился в раздумья. — Не спи! Сегодня ты от ответа не уйдешь! Я тут немного поработала, набралась терпения и решимости, а потому…

— Джинкс, дорогая, говори прямо, — мягким голосом перебил я её как только заметил, что она вновь принялась "забалтывать саму себя" и таким образом убегать от проблем.

— Что так заметно? — С грустной иронией спросила девушка, мигом прекратив свой "воодушевленный" спектакль и в привычном жесте подобрала коленки на моем столе.

— Если знать куда смотреть, — с легким кивком всё тем же тоном ответил я.

— И куда?

— В глаза…

— Тогда, может мне начать носить маску?

— Джинкс…

— Я снова видела её! — Неожиданно спрыгнула она со стола и начала наматывать круги по комнате. Но не успел я уточнить "Кого?", как она продолжила. — Работаю я, работаю. Никого не трогаю. А тут раз! И в отражении вновь она! Паудер! У меня из-за неё теперь очередное зеркало в трещинах! Как вообще можно работать в таких условиях…?!

Пока девушка продолжала словесно выливать из себя собственное негодование я всерьез задумался над тем, что похоже своим влиянием, вместо помощи, еще больше расшатал неустойчивую психику милой сердцу синевласки.

Вообще, кое-какой план на этот случай у меня имеется, но сработает ли?

— … а затем я поняла, что не знаю, что со всем этим делать и поэтому пришла к тебе. Вот, — закончила она свою экспрессивную речь и вновь уселась на стол в прежнем положении. Только взгляд виновато опустила.

— Я хочу тебе кое-что рассказать, — приняв решение хотя бы попытаться, произнес я. — Вернее даже показать. Пойдем…

***

— Однажды, я чуть не утонул в этих водах, — говорил я, стоя по колени в Пилте прямо под Мостом Прогресса спустя какое-то время. — Вандер… Когда-то он был мне как брат, а затем… Затем он предал меня и постарался утопить прямо здесь. В этом самом месте. В тот день я дал умереть слабаку, и возродился уже другим. Предательство… Эта боль, которая съедает тебя изнутри… Она может сломать тебя, либо сделать куда сильнее. Если ты действительно хочешь по-настоящему стать Джинкс, то тебе следует дать Паудер умереть. Тогда страх никогда не сможет контролировать тебя. Ты сильная Джинкс. Я знаю это. Я вижу. Ты — само совершенство Джинкс. Тебе нужно только наконец принять это. Но… Но есть и другой путь.

— Какой? — Пытаясь выглядеть не слишком заинтересованной спросила меня стоящая рядом синевласка.

— Ты должна принять себя, — жестким тоном ответил я, смотря ей прямо в глаза. — Принять то, что Джинкс и есть Паудер, только повзрослевшая. Взрослая же Паудер — это Джинкс и между ними нет и не может быть никаких противоречий!

Может показаться, что призывая девушку принять себя и свое прошлое таким, какое оно есть, я отталкиваю её, но это не совсем так и на то есть очень весомая причина.

После многих часов размышлений о синевласке и всей нашей ситуации в целом, я пришел к неожиданному выводу о том, что в несостоявшемся варианте событий, основной причиной большинства её бед, и в том числе — моей смерти, была не Джинкс и даже не Вайолет или молодая Кираман. Нет, основная причина — мое собственное нежелание видеть наличие внутри неё частички Паудер.

Из-за предательства Вандера я был в какой-то момент, по сути, отрезан от всего, что связывало меня с предыдущей жизнью. Будто та его попытка меня утопить разделила её на до и после. Ослепленный бушующей ненавистью и не понимая до конца не то что Джинкс, а даже самого себя, я проецировал собственную боль в том числе на неё и поэтому думал, что единственный лучший для девушки вариант — полностью отвергнуть "Паудер", хотя всё что ей было по-настоящему нужно — это принять себя нынешнюю и себя прошлую, как неотделимые части единого целого, которое составляет её внутреннее "я" и наконец переродиться личностью завершенной и полноценной.

Именно это я и попытался до неё донести в своей речи.

— … но здесь стать полностью "собой" ты не сможешь, — произнес я в конце, когда сказал всё, что хотел.

— Что? — Будто очнувшись от транса воскликнула Джинкс. — Почему?

— Это место, — развел я руки в стороны, — значимо в первую очередь для меня. Тебе нужно найти свою "купель", Джинкс. Место, где Паудер уже однажды почти умерла, но ты так и не приняла решение отпустить её полностью или всё же оставить.

Мои слова погрузили девушку в тяжелые раздумья почти на минуту.

После этого она подняла на меня взгляд наполненный решимостью.

— Я знаю куда нам надо…

***

— Как думаешь, Джинкс, что бы случилось, если бы Вандер тогда сдался Пилтоверцам, а я бы так и не появился? — Смотря на старую заброшенную фабрику по производству крабовых консервов, произнес я стоящей рядом девушке. Сама она смотрела на здание, сохранившее следы того давнего пожара нахмурено и будто пытаясь в нём что-то разглядеть. Я же тем временем продолжил. — Кто бы навел порядок на Линиях? Старик Бензо? Не смешно. Ты видела, что за разумные наши химбароны. Как думаешь, сколько времени им бы понадобилось на то чтобы прихлопнуть старого заплесневевшего за своим прилавком